«За что?» – хотел выкрикнуть Андрей, но вместо слов изо рта у него хлынула темная горячая кровь, он захлебнулся ею, хрипло ухнул и провалился в густую бесконечную и беспросветную темноту, в которой все его вопросы раз и навсегда утратили смысл.

Незнакомец пристально взглянул на дело своих рук, осторожно отстранившись, чтобы не запачкаться кровью, выдернул из трупа окровавленный клинок, вытер оружие заранее припасенным куском бумажного полотенца и вложил обратно в трость.

Затем легкой пружинистой походкой хорошо тренированного человека взбежал на верхний этаж дома, где был выход на чердак. Ключ от двери чердака был у него заранее изготовлен. Пригибаясь и стараясь не испачкаться о пыльные стропила, он прошел по чердаку до следующей двери и вышел на другую лестницу. Здесь он снова превратился в немощного пожилого человека. Опираясь на трость и осторожно ощупывая перед собой каждую ступеньку, спустился по лестнице и вышел на улицу как раз в то время, когда из соседнего подъезда донесся истошный женский крик: кто-то нашел труп Андрея Бакланова.

Никак не показывая своей заинтересованности и не ускоряя шагов, пожилой мужчина направился к остановке троллейбуса.

В Санкт-Петербурге наступила очередная неотвратимая зима. Это значит, что ледяной дождь вперемешку со снегом лишь изредка прекращался, чтобы уступить место сильному пронизывающему ветру с залива.

Зимой недовольны были все. Дети не хотели вставать в темноте, капризничали и придумывали себе несуществующие болезни, чтобы не ходить в школу. Пенсионеры мерзли на ледяном ветру, дожидаясь общественного транспорта, который и летом-то ходит как Бог на душу положит, а зимой его вообще нет, и ругали городские власти.

Большинство горожан давилось в душном метро, наступая друг другу на ноги и пытаясь читать через плечо газету соседа.